Посторонним В.

Сказка из цикла «Как это было»

[Страница 3]

И вот они стали жить — не тужить. Но всему хорошему конец приходит: кончилась трава в мешке. Тогда Джек решил ещё разок попытать счастья на верхушке бобового стебля. Он всё лез, и лез, и лез, и лез, и лез, и лез, а потом опять шёл, и шёл, и шёл, и шёл, и шёл, и шёл, пока не добрался до огромного-преогромного высоченного дома. Как и в прошлый раз, у порога стояла огромная-преогромная высоченная женщина, прислонившись к дверному косяку и пыхтя самокруткой.

— Доброе утро, сударыня, — сказал ей Джек как ни в чем не бывало. — Не найдётся ли у вас пару капель молочка для маленького мальчика?

— А, ты тот самый весёлый мальчишка, что приходил сюда недавно! — узнала его женщина. — Помню-помню. Тогда ещё у мужа моего пропала редкая трава, почти целый мешок.

— Трава и в самом деле редкая, — сказал Джек. — Очень жаль, что она пропала. Примите мои соболезнования, сударыня.

Тут великанша так расчувствовалась, что даже пустила слезу, чуть не утопив при этом Джека. Она впустила его в дом и налила крынку молочка. А Джек нарочно стал пить как можно медленней, чтобы растянуть удовольствие. Но вдруг — топ! топ! топ! — послышались шаги великана, и великанша опять упрятала Джека в печь.

Потом всё было как в прошлый раз: дэв вошёл, пропел своё «Фи-фай-фо-фам…» и всё такое прочее, пыхнул кальяном, а затем сказал жене:

— Жена, у меня созрел план.

— Где? — спросила великанша, оживившись.

— Где-где… В голове, дура, — засмеялся дэв-людоед. — Да шучу я, шучу… Посмотри-ка в саду, да принеси сюда.

Жена принесла, и они вместе немного обмозговали план людоеда, а потом заснули. Тогда хитрый Джек потихоньку вылез из печи и улепетнул, сорвав все их планы. Никогда ещё Джек не бежал и не лез так быстро, как в этот раз, и через считанные минуты он уже был дома.

И они с матерью опять жили какое-то время на сбережения людоеда. Но и этого им показалось мало.

Вот как-то раз Джек встал пораньше и сказал матери, что вновь собирается подняться до самого неба.

— У тебя есть какой-то план? — спросила мать.

И Джек поделился с нею своим последним планом. Вскоре мать, довольная, закивала сломанной головой: план Джека был очень хорош, что и говорить. А Джек опять влез на стебель. Правда, на этот раз он поостерёгся сразу войти в людоедов дом, а подкрался к нему потихоньку и спрятался в кустах травы. Подождал, пока великанша пошла с ведром доить свою корову, и — шмыг в дом! Но в печь решил не лезть, а спрятался в медном котле.

Ждал он недолго; вскоре послышалось знакомое «Топ! топ! топ!», и медный котёл от этого топота зазвенел — у Джека аж уши заложило. И вот входят в комнату дэв с женой.

— Фи-фай-фо-фам, дух бобовый чую там! — закричал дэв-людоед. — Чую, чую, жена!

— Да неужто чуешь, муженёк? — говорит великанша. — Так пахло от того самого сорванца, что в прошлый раз сорвал наш план, а в позапрошлый слямзил мешок с редкой травой. Если он опять пришёл, то наверняка в печке сидит, как обычно!

И оба бросились к печи. У Джека даже поджилки затряслись от страха. Хорошо, что он вовремя вспомнил, что сидит в медном котле — великаны как раз открывали печную заслонку.

— Вечно ты со своим «фи-фай-фо-фам!» — с упрёком сказала людоедша мужу. — Да это той травой пахнет, что ты неделю назад накосил. Вон сохнет на солнце. Ну и память у меня! Да и ты тоже хорош — за столько лет не научился отличать по запаху свежую траву от сушёной!

Но людоеда её слова не убедили. Он беспрерывно ходил по дому и заглядывал во все углы и сундуки, под все диваны, кастрюли и чашки, перелистал все книги, содрал все обои и половицы, простучал все стены — Джека искал. Всё в доме обшарил, только в медный котёл заглянуть не догадался.

Тогда дэв устало уселся на ковёр, вцепился зубами в мундштук кальяна, и тут он уткнулся взглядом в медный котёл.

— Ну-ка, котёл, вари молочко, — приказал людоед, подойдя к котлу.

Тут вокруг Джека что-то забурлило, и его чуть ли не с головой накрыло какой-то жидкостью. Джек едва не захлебнулся, но сумел вынырнуть на поверхность. Только тут он сообразил, что плавает в молоке. Котёл был волшебный, и варил молоко до бесконечности.

«Вот бы нам такой котёл, — подумал Джек, сделав ещё несколько глотков. — Никакой коровы не надо!»

Но тут дэв открыл крышку котла. Глаза его слипались после кальяна, и он решил, что Джек — соринка, поддел его огромным пальцем и выкинул на пол. А сам выпил разом всё молочко прямо из котла и тут же захрапел, да так быстро, что у Джека ещё молочко на губах не обсохло.

Облизнулся Джек, схватил медный котёл и бросился к двери.

Но волшебный котёл громко-прегромко зазвенел:

— Хозяин! Хозяин!

Дэв проснулся и увидел, как Джек убегает с его котлом.

Джек бежал сломя голову — и зря: со сломанной головой бежать труднее. Людоед мчался за ним и едва не поймал его, хорошо, что Джек хорошо знал дорогу. А людоед — нет, чтоб бежать прямо за Джеком! — начал петлять по тропинкам и едва не заблудился. Когда же он, наконец, добежал до бобового стебля, Джек уже долез до самой его середины.

Побоялся великан ступить на шаткий стебель, остановился. Но тут котёл опять зазвенел: «Хозяин! Хозяин!», да так жалобно, что сердце дэва-людоеда не выдержало, и он влез на стебель всей своей массой, так что тот аж затрясся под такой тяжестью. Страшно людоеду лезть, да без чудо-котла остаться — ещё страшнее.

Вот Джек спускается все ниже и ниже, а людоед за ним. А как добрался Джек до своего дома, закричал:

— Мама! Мама! Это Джек пришёл, молочка принёс!

То-то радости было. Напились они молочка, и Джек рассказал матери, что с ним произошло, и показал ей дэва-людоеда, который лез к ним по бобовому стеблю.

А тот уже долез до самой середины. Но тут стебель не выдержал и переломился пополам. Верхняя его половина упала на небо, а нижняя — на землю. И Джека с матерью придавило бы бобовым стеблем, если бы они не успели отбежать в сторону.

А дэв остался висеть между небом и землёй — всё никак не мог решить, куда лучше падать. Мать с сыном уже начали думать, что он там будет висеть до самого сочельника, но тут его, наконец, разорвало. Ноги дэва пробили небесную твердь насквозь, и в дырку стало засасывать всё вокруг. Хорошо, что её быстро заткнуло верхней половиной стебля. А гигантское тулово людоеда, с головой и руками, упало прямо на дом Джека.

— Вот это да! — сказала мать Джеку, дивясь увиденному. — Так меня ещё никогда не пёрло!

— Это всё молочко, — постучал Джек по котлу. — Небось, оно даже покруче бобов будет.

— Точно, — согласилась мать, допивая третью кружку. — Жаль, без дома остались.

— Ничего, — сказал Джек. — Разве с таким котлом тебе ещё что-то нужно?

— Нет. А тебе?

— И мне нет.

— А мне? — промычала взмыленная Белянка, прискакавшая верхом на весёлом старичке.

И они остались жить вчетвером вокруг котла. И жили — припиваючи!

19.12.2001

Страницы: 1 2 3